Monthly Archives: April 2021

На ржавых вратах

На днях мне звонил друг Медведь,
взбудораженный, разгоряченный.
Пытался мне объяснить про нашего друга Лису.
У нашего друга Лисы болит то одно, то другое,
не первые десять лет,
то уши, то хвост, то хитрость;
устает друг Лиса;
друг Лиса умирать не готов,
то одно, то другое, никак не соберется.
Но вот последнее время друг Лиса куда-то девался.
Друг Медведь приходил к нему в гости,
искал по телефону, по факсу, на пейжер
сбросил варенья и прочих приманок. Впустую.
Вместе с тем друг Лис точно не умер,
в смысле это известно доподлинно,
из источников (тут связь с другом Медведем
на время стала морзянкой).
В общем, есть один способ вне жизни и смерти,
вдруг пробился ко мне друг Медведь:
неясно, как ему вышло, но друг Лиса
катается с Буддой на ржавых вратах Авалона,
никак не поговорить с ними, никак не обнять,
считай, уехал Лиса жить в лес,
предаваться свободе невесть на сколько,
но точно есть, понимаешь?
Нет, это все не метафора смерти, дурак,
не метафора загробной жизни, гадость какая
узкоколейка твоя в голове.
Умолк, но трубку не бросил, и в этой паузе
я в белоснежном радиошуме услышал неровный скрип
и смутно знакомый рыжий с подпалиной смех.

Не подведи

— Ты, Павлик, утаи от меня,
как твои дела
и как здоровье твое, скрой,
про то, как твой сон, стол и стул,
не сообщай мне,
кто родился и умер,
кто за кем и за чем, и зачем, гоняясь,
глотает пыль,
а расскажи мне лучше,
что ты теперь любишь взахлеб —
и я сразу пойму про твои дела,
про то, чем ты спишь,
что ты ешь и дышишь,
а все прочее я, может, прочту
по тени твоей на кухонной стенке,
даже по телефону.
— Как же быть, Жорик,
в том случае, если теперь
ничего не люблю покамест?
— Тогда доложи,
кто родился и умер,
в промежутках среди этих слов поищем
тебе любовь, и ты в другой раз
не подведи меня.