Monthly Archives: February 2018

мне подарили

мне подарил
один человек
вазу лучших, отборных
пуговиц,
на целую жизнь мне хватит
нашить их, отсюда
и до звонка друзьям,
который сделают за меня.
другой человек
подарил мне
охапку еды,
первосортной,
завернутой в замечательные
слова на бумаге,
сытая буду ходить
и наберу в себя мыслей,
на целую жизнь мне хватит
усваивать это, отсюда
и до раздачи всякого моего
на память хорошим людям.
третий мне подарил меня,
а такое и не разглядишь
толком отсюда,
но мне его хватит.

запомнить

один человек решил,
что отныне он станет запоминать
абсолютно всё —
такая в нем была жадность
до пройденных километров
цветовых пятен, звуков, запахов,
которые он одолел вместе с воинством
глаз, носа, ушей в доспехах из рук, ног и волос.
сел, сосредоточился — и взялся запоминать.
начался его первый день памяти.
за этот день родились и умерли все
внуки тех, кого он помнил,
пока не решил запоминать,
волчок планеты устал,
завалился боком на стол,
Большой взрыв зевнул и лег спать,
запоминать стало нечего.
но один человек не унывал:
ему было что вспомнить.

музы

одного человека опекали три музы:
непосредственно Муза и еще две — Луза и Зуза.
Муза твердила ему, что нужно трудиться,
не покладая совсем ничего, никуда, никогда,
что усталость — фантомы ленивых,
а на том свете сто раз пожалеешь,
поскольку там вечный отпуск.
Луза, с психологическим образованием,
предлагала слушать себя,
вовремя приостанавливаться,
следить за ресурсом и не стаптываться
до лодыжек внизу и до сухости в голове.
Зуза считала — с пакостной безмятежностью, —
что всё происходит в точности так, как надо,
главное — быть в эпицентре себя,
остальное само по себе.
от этих троих один человек уставал
необычайно,
и, когда удавалось скрыться,
пахал до упаду, следя за собой,
ковыряя сухие мозоли бездумно,
как надо, сам по себе.